МАСТЕРСКАЯ "ИЛЛЮМИНАТОР"
Гендерное путешествие:
сборник статей
Выпуск 1, 2016
ТРАНС*РОДИТЕЛИ
Александра Кабатова
психолог, гештальт-терапевт
В современном российском обществе есть некоторое количество тем, о которых не принято говорить, и нет широкого освещения их в средствах массовой информации. В этом направлении проводится мало научных исследований, за исключением осуществленных горсткой вдохновленных энтузиастов, для которых эта область научного знания по тем или иным причинам стала важна.

Не буду углубляться в современную политическую повестку в стране и истоки происходящего, но такого рода непопулярных вопросов сейчас много в области исследования гендерной идентичности и сексуальной ориентации. Одна из тем, которая мне интересна и как психологу, и как человеку – это тема родительства трансгендерных людей.

Из моего опыта, довольно большая часть трансгендеров по тем или иным причинам осознают и подтверждают свою идентичность во взрослом возрасте, зачастую уже имея семью и детей. Если до определенного момента человек мог жить и "быть как все", совершать выборы на основании того, как это предписано обществом / родительской семьей / референтной группой, то однажды перед ним встает необходимость осознавания своего внутреннего состояния и потребностей, отличающихся от потребностей других мужчин или женщин, принятия или не принятия этого в себе.

Бинарная гендерная система задает нам ограниченное количество выборов: определись, кто ты – мужчина или женщина, муж или жена... В эти рамки нас втискивают с самого появления на свет. Буквы М или Ж, проставленные рукой акушерки, станут маркером стандарта, под который ребенка будут подгонять взрослые.

И дальше кажется, что всем "понятно", как себя нужно вести: выбрать "гендерно правильный" цвет ленты для украшения одеяла при выписке из роддома, какие дарить игрушки... И сразу "понятно" как правильно воспитывать: "мальчики не плачут", "девочки не дерутся" и прочее, прочее...

Прогнозируется множество мелких деталей – отношение, распределение внимания, акценты на тех или иных моделях поведения в разных ситуациях. И вот, кажется, что для всего подобраны определения и все названо своими именами.

Но однажды дети начинают расти, и оказывается, что для самого человека не все так однозначно. "Внутренняя" идентичность оказывается отличной от внешних ярлыков. И возникает потребность найти слова для описания происходящих изменений.

В нашей стране на государственном уровне признаны браки только людей с разными гендерными маркерами. И вследствие этого нет практики и опыта называния двух женщин, создавших семью – обеих женами, обеих матерями...

У большинства обывателей нет в голове картинки с такими персонажами и нет подходящих слов, чтобы обозначать и называть подобные практики. Там, где нет слов для обозначения явления, нет и возможности его замечать. И тем более исследовать.

Эти стереотипы, впитанные в процессе жизни, и подкрепленные годами обучения, еще более опасны и разрушительны в руках у нас, людей помогающих профессий.

На одной из конференций я слышала яркое выступление трансгендерной женщины, которая рассказывала о своих чувствах и заботе о своем ребенке, и поделилась своим негодованием по поводу того, что ее исключают и делают невидимой уже на уровне языка. Она существует, есть ее ребенок и есть женщина, которая родила этого ребенка, и с точки зрения закона и языка лишь она является "матерью" этого ребенка.

Новая реальность требует переосмысления, уточнения и нового описания. Я встречала, например, такие изменения: в репродуктивной медицине понятие материнства было расширено, чтобы включить наряду с биологической матерью мать-донора яйцеклетки и приемную мать.

Сегодня упоминается еще одна категория – "трансгендерная мать". Речь может идти, например, о женщине, до перехода заморозившей сперму, чтобы родить ребенка с помощью суррогатной матери. Очевидно, что материнство и отцовство определяются не только хромосомами и половыми органами, с которыми мы родились.
С юридической точки зрения смена «паспортного пола» не может повлечь никаких изменений в родительских правах и обязанностях человека. Родитель сохраняет право на личное участие в воспитании своего ребенка, на общение с ним и принятие решений, касающихся жизни ребенка.
Однако, на практике я сталкиваюсь с опасениями людей, что родитель с отличающимся от первоначального гендерным маркером может оказать негативное влияние на формирование сексуальной ориентации их ребенка или навредить его гендерной идентичности.

Идея о том, что каждый родитель в семье должен являться примером и совокупностью гендерных стереотипов своего "биологического пола", быть моделью подражания для ребенка, исходит из бинарной гендерной модели и является фактором, который влияет на все стороны, принимающие участие в воспитании ребенка.

Цисгендерные супруги и/или родственники боятся, что ребенку будет нанесен вред, и стараются разрывать отношения с трансгендерным родителем. Зачастую сами транс*родители опасаются негативного влияния на собственных детей, отдаляются или вовсе перестают общаться с ними.

Кроме того, из практики мне известно, что представители органов опеки часто не знают, что будет лучше для ребенка, какой сценарий будет менее травматичным – разрыв в общении с трансгендерным родителем или формирование взаимоотношений в новых условиях.

Также многочисленные опасения окружающих взрослых вызывает социализация в детском коллективе. А именно, не станет ли их ребенок мишенью для насмешек и издевательств из-за трансгендерного статуса их родителя. Необходимы исследовательские данные, которые прояснят эти вопросы и преодолеют опасения.
Исследование с участием детей, воспитывающихся в семьях, где один из родителей трансгендер, проводил Ричард Грин (Richard Green) – американский сексолог, психиатр и адвокат, специализирующийся на вопросах гомосексуальности, транссексуальности и вариативности гендерной идентичности у детей.

В 1978 году он опубликовал статью о сексуально и гендерно нетипичных родителях и их детях. А в 1998 году вышла его статья "Дети транссексуалов" (Green R., Transsexuals' Children), в которой он описывает результаты своего четырехлетнего исследования:
"В больнице Чаринг Кросс в Лондоне были опрошены несколько десятков транссексуалов с детьми. Многие из них не видели своих детей в течение многих лет. Одни отказались от воспитания ребенка, опасаясь, что их транссексуальность будет для него вредна, другие – потому, что прежние супруги были настроены непреклонно, а отстаивание своих родительских прав в суде казалось им безнадежным делом. Но были и другие семейства, где транссексуальные родители продолжали жить с детьми и супругами во время прохождения "теста реальной жизнью" (Real Life Test) или же поддерживали с ними контакт, живя обособленно".
Ричард Грин
американский сексолог, психиатр, адвокат
Именно дети из последней категории участвовали в исследовании. Всего было опрошено 18 детей из девяти семей – десять мальчиков и восемь девочек. В шести из семей транс*родителем была транс*женщина (MtF), в трех – транс*мужчина (FtM). Дети были разных возрастов, от 5 до 16 лет.

Основными предметами для обсуждения с детьми и родителями были выбраны гендерная самоидентификация детей и их отношения со сверстниками, как наиболее острые вопросы во взаимоотношениях транс*родителей с их детьми.

По результатам исследования, были сделаны выводы, что "общение с транссексуальным родителем не приносит никакого вреда ребенку. Напротив, есть свидетельства того, что прекращение общения с одним из родителей после развода пагубно сказывается на ребенке".

Кроме того, "практика показывает, что не происходит ни нарушений гендерной идентификации у детей, ни ухудшения отношений со сверстниками". А более негативным для ребенка оказалась вражда между родителями, искажение образа трансгендерного родителя и запугивание этим.

Исследовательский материал дает возможность реалистично посмотреть на отношения в семье, искать возможности для диалога в такой эмоционально затрагивающей теме как воспитание детей в семье, где есть трансгендерные родители.

Я планирую провести подобное исследование в России, потому что для меня это не сухие цифры статистики, а судьбы живых людей.
~

Базовый глоссарий

Ирина Карагаполова

Анна Гизуллина

Наталья Сафонова

Ирина Карагаполова

Вячеслав Карагаполов

Ольга Лови, Светлана Анисимова

Сергей Каспаров

Данила Гуляев

Елена Ершова

Ирина Карагаполова